Старухе за дверью на вид было лет семьдесят. Гренадерского роста - на полголовы выше Ильи, одета в старомодное платье, какие носили, должно быть, еще при царе, седые волосы, затянутые в какую-то хитрую прическу, хитренькие глаза на сморщенном личике и легкая полуулыбка.

- Привет, внучек! - хмыкнула бабка, нагло отпихивая Илью в сторону. - Чай, не узнал бабушку? Возьми шаль-то, аль родители не научили, как гостей встречать?

Илья лихорадочно зашевелил извилинами. Старуха назвала себя его бабушкой, что явно было неправдой, ибо обеих своих бабушек Илья хорошо помнил. Мать отца - толстая крикливая старушка, жила в Вологде и два-три раза в год наезжала, как она говорила, "проведать сыночка". "Проведывание" обычно затягивалось недели на две, а то и дольше, и все это время Илья старался проводить вне дома. Характерец у Анны Эдуардовны далеко не сахар. Нет, с ней Илья неведомую гостью ни за что бы не перепутал. Вторая бабушка - Татьяна Васильевна, в честь которой назвали его сестру, внешне была довольно похожа на неведомую гостью, но и ей та оказаться никак не могла. По вполне уважительной причине - Татьяна Васильевна в прошлом году умерла. Илья присутствовал на похоронах, так что в факте смерти мог быть уверен на все сто.

Додумать он не успел - наглая старуха совершенно спокойно отправилась в глубь квартиры, и ему ничего не оставалось, как последовать за ней, не оставляя надежды все-таки выяснить - кто же она такая?

Из родительской спальни высунулись отец с матерью, которым тоже было интересно, кто пришел. Отец широко зевал, мать терла глаза - видно было, что оба только что проснулись. Но как только они увидели "бабушку", сон с них как рукой сняло. Отец громко икнул, мать дернула рукой, как будто желая перекреститься, но в последний момент остановилась.