— Я ей утру нос и явлюсь в полупрозрачном облаке, — торжественно прогундосила миссис Моггард, — пардон, Хаггард. «Хунхузы» встали по стойке «вольно», зверушки завиляли хвостами, а королевский барбос не вытерпел и прыгнул в ванну прямо на хозяйку, за что тут же был укушен за хвост саламандрой, которая была очень ревнивая и не могла позволить вторгаться всяким «блохоплавающим» в зону своих жизненных интересов.

Вдохновленная этим безобразием секретарша села м-ру Хаггарду на колени и томно замурлыкала.

— А ты не боишься, дорогая, что миссис Моррисон может обойтись на маскараде вовсе без облака? — съязвил м-р Хаггард и положил голову на грудь секретарши.

— Ни капельки, — пропыхтела его жена, наблюдая, как аварийная команда вытаскивает мокрого и скользкого дога из бассейна, пытаясь отодрать саламандру от его хвоста, — Я в любой момент тоже могу облако выключить, и посмотрим, чьи массажисты и косметички лучше!

— Конечно, дорогая, миссис Моррисон не стоит и твоего мизинца! — попрощался с ней м-р Хаггард, прекрасно зная, что моррисонова «Свобода» стоит всего на 20 процентов меньше его «Голгофы».

Когда экран погас, сидящие в хаггардовых креслах облегченно вздохнули.

— Что у нас следующим номером? — спросил тот, что сидел ниже.

— Торжественное открытие нового микрорайона для семей работников фирмы, — сидящий сверху продолжал мурлыкать, — У нас есть еще полчаса?!

— Валяй! — сказал нижний, и она начала его валять.

Город был необозрим в своем величии.

Из кабины аэрокара он был похож, однако, на гигантскую мишень для стрельбы из лука.

Концентрические круги застройки были разделены крест-накрест радиальными зелеными полосами лесопарков, посреди которых были проведены каналы, служившие зоной отдыха.