Тут мою голову — хорошо, что полнолуние, и голова вполне человеческая, — посещает Идея.

Кто-то подергал меня за руку. Обернулась и увидела, что принц Арден смотрит на меня снизу вверх, серьезно хлопая ресницами и явно ожидая более подробного рассказа о чудесных эльфах-дозорных. Совершенно невежливо отмахнувшись от его настырной любознательности, я помчалась сломя голову обратно в зал Достижений Алхимии (раздел прикладной фармакологии), отперла угловой шкаф и достала скромный кувшинчик.

Кувшинчик — так себе, как уже говорилось, кавладорская керамика высокой оценки не заслуживает; но вот его содержимое не зря получило Королевскую Премию в год Желтой Хризантемы — если, конечно, не врут экскурсоводы.

Распечатала кувшин, набирала полную горсть мази и, раз уж мой замечательный ночной гость снова оказался рядом, собралась размазать алхимическую новинку по его лицу. Мальчик отшатнулся и спросил, что это такое.

Как и положено благовоспитанному принцу — вежливо, благовоспитанно и невозмутимо. Хотя выражение его личика не меняется, я на всякий случай решаю, что он испугался. И, призывая на помощь всю фантазию и воображение, спешу успокоить:

— Это растительный… м-м… крем. Для кожи. Не бойся, твое высочество, он абсолютно безопасен. Не ядовит. И даже запаха лишён. Вот, смотри, — я разукрасила собственное лицо. Круговыми движениями обвела желеобразным «кремом» глазницы, сделала мазок по лбу, два — по скулам.

Мальчик, может быть, и хотел что-то возразить, но я решительно вымазала и его мордаху. Для верности нанесла крем на рукава — и свои, и чужие.

Сразу почувствовала себя лучше. Будто нацепила полный стальной доспех гномьей работы.

— А теперь мы пойдем ловить воров. Знаешь, как ловят воров?

Мальчик минутку подумал.

— На сладкое?