Мэтр Фледегран тут же начинает шипеть на меня, напоминая пелаверинскую змею-златошвейку, которую укусил бешеный скорпион:

— Опять взялась за свои фокусы! Что ты наделала?! Мне пришлось заколдовать и принца Ардена, и министра! А ведь они просто так не успокоятся! Что, прикажешь и память им обоим менять?!

Я поднимаюсь с пола, отряхиваюсь и грациозным прыжком возвращаюсь на прежнее место. Была бы сейчас ночь, позволяющая проявиться моей человеческой сущности, я бы ответила. Ох, я бы ответила…

Мэтр Фледегран выдает длительную воспитательную сентенцию и обещает меня заколдовать, если я еще раз посмею так развлекаться. Пережидаю бурю. Не в первый, собственно, раз.

Пообещав мне казни гиджийские и тяготы пентийские, выдав намерение пожаловаться на меня моему создателю, мэтр Фледегран уходит, кипя негодованием.

Я пожимаю рысьими плечами, принимаю более удобное положение, и, пока смотритель музея не пришел раскрыть шторы, любуюсь своим отражением в зеркале.

Мой изумрудный мех — от кончика носа до кончика хвоста — полыхает в темноте холодным пламенем…

Рассказ 2. ОБЪЯСНИТЕЛЬНАЯ

Я, Напа Леоне Фью из клана Кордсдейл (кавладорская ветвь), настоящим утверждаю, что действия, совершенные мною в Илюмских горах на границе королевств Кавладор и Иберра, и прочих территориях в минувший вторник и среду, были результатом несчастливого стечения обстоятельств и веления Судьбы, и я как есть ни в чём невиновна.

Всё началось с того, что мэтресса Далия (Королевский Университет) и мэтр Питбуль (действительный член Ллойярдской Алхимической Ассамблеи) провели очередной диспут о проблеме разума и его сущностей в макроэргическом пространстве реальности без меня.