По одной из темных улочек летнего города шла троица слегка подвыпивших людей. Хотя было бы неправильно про них так говорить, так как называть двух девушек подвыпившими людьми не очень вежливо, а выражение «слегка подвыпивший» не очень подходило к их кавалеру, который, казалось, еле переставлял ноги, и единственное что его удерживало в вертикальном положении, было то, что он крепко держался сразу за обе талии.

И в общем-то не было бы никакого смысла обращать внимания на эту процессию, если бы на ее пути не встретилось препятствие в виде пары весьма удалых и тертых ребят.

— О-о! Какие красотули! — воскликнули чуть не хором удалые ребята. — А это еще что за чучело между вами болтается?

Чучело что-то невразумительно промычало, блаженно улыбаясь и никак не желая сообразить, что для него начинаются осложнения. Девушки же, понимая, что никому из их троицы от этого гоп-стопа не поздоровится, попытались спровадить встречных ребятишек:

— Шли бы вы своей дорогой и не добывали бы приключений на свои задницы! Разве не видите, это наш парень?

Но деланно решительный тон отповеди не произвел никакого впечатления на слушателей и они приступили к более плотной беседе:

— Эй ты, придурок, вали отсюда пока цел, а девушки с нами пойдут!

Странный, неустойчиво стоящий на ногах человек, озадаченно посмотрел на девушек, что-то буркнул и, широко улыбнувшись, смог из себя выдавить:

— П-привет, а д-девушки… а девушки со мной! Правда? — пьяный парень попытался посмотреть сразу на двух девушек и чуть не упал.

— Все, проваливай! — не стал больше ждать один из встречных и перешел к физическим уговорам.

Первую плюху еле стоящий на ногах парень словил, как полагается. Но потом произошло что-то странное. Вместо того чтобы валиться на асфальт, он продолжал неустойчиво болтаться и счастливо улыбаться. Девушки отпрянули в сторону и испуганно замерли, наблюдая, как два здоровых битюга пытаются отметелить их кавалера.