Афанасьев вовремя вспомнил, что у его приятеля Ковалева, даже не подвергнувшегося действию катаклизма, ума ненамного больше, чем у несчастных клубных дикарей, кидающихся мобильниками и крушащих неонового мамонта. Он покачал головой. Нужно было что-то немедленно предпринять, иначе побоища с участием дионов, Ковалева и Васягина с одной стороны и тинейджеров эпохи позднего мезолита – с другой не миновать. Ему помогла Галлена, у которой, как неоднократно подмечал Женя, ума было больше, чем у остальных пяти ее соплеменников вместе взятых. Она схватила Эллера за руку, уже готовую бросить чудовищный молот прямо сквозь лобовое стекло, и закричала:

– Да опомнись, о неразумный! Ты хочешь воевать с этими людишками, враз ополоумевшими по нашей, кстати, вине? Ты же великий воитель, о Эллер, и не ратишься с червями! Они недостойны того, чтобы пасть от твоей руки!

Эллер, кажется, внял ее словам. Женя мысленно поблагодарил Галлену, и она, мгновенно подхватив его мысли, повернулась к Афанасьеву с лукавой улыбкой на губах.

В кузове, слава богу, тоже обнаружился свой миротворец. Им оказался Альдаир. Белокурый гигант выпрыгнул из кузова КамАЗа на землю и, сделав три шага, оказался у переднего колеса грузовика. «Что он собирается делать?» – подумал Афанасьев. Свистнул выдранный из ограды металлический кол и ударился в асфальт прямо около ноги Альдаира, однако отпрыск Зеурса (известного в нашем мире как Зевс) даже не обратил на это внимания. Он наклонился, завел обе ладони под днище КамАЗа, и Ковалев с Афанасьевым почувствовали, как кабина начинает крениться.

– Черт, какая силища! – невольно вырвалось у Жени, и тут КамАЗ стал падать набок.

– Берегись!!! – пискнул Колян, сорвавшись на фальцет.

Массивный грузовик с чудовищным грохотом упал набок. Лопнуло лобовое стекло, с жалобным звяканьем разбилось и стекло у водительской дверцы. Эллер врезался башкой в стойку кабины. Стойка погнулась. Женя и Колян отделались легким испугом и двумя или тремя царапинами; Галлена вовсе не пострадала. Да и по Эллеру после его контакта с кабиной что-то не было заметно, что он огорчен или испытывает дискомфорт.