- Да ладно, Мэвис все еще очень привлекательная женщина. И у нее приятный голос.

- Неужели? Почему же тогда эта баба за шесть лет не получила ни одного приглашения выступить?

- Объясните мне, почему мои колени разговаривают, - я постарался сменить тему.

- Все просто. Даулинг использовал тебя в качестве подопытной свинки, дубина. Он хотел устроить нам проверку, - а мы гораздо больше, чем просто колени, между прочим, - перед тем как вмонтировать свои прибамбасы какой-нибудь важной персоне.

Я вскочил на ноги и заметался по комнате.

- Нет, прежде чем позвонить в клинику, я собираюсь связаться со своим адвокатом. И, возможно, с Американской медицинской ассоциацией.

Я широкими шагами подошел к одному из больших панорамных окон и выглянул в сверкающий полдень.

- Ты ничего не замечаешь, парень?

- А?

- Ты ходишь совсем неплохо для чувака, которому только что сделали операцию.

Я резко втянул воздух и уставился на свои ноги.

- Да, раз уж вы об этом упомянули, как получилось, что я…

И тут я начал бить чечетку. Я кружил по гостиной, вполне прилично подражая Фрэду Астеру. Затем я исполнил короткую, но сложную ирландскую джигу, прибавил несколько очень убедительных па из фламенко и опустился на одно из наших якобы старинных кресел.

- Господи, - заметил я, - как, черт возьми, я…

- Первым делом, - перебила правая коленка, - спрашивай не о том, что твои коленки могут сделать для тебя, а что ты можешь сделать для нас.

Я подавил желание снова вскочить.

- Что я могу сделать для своих коленей? Коленка услужливо подсказала:

- Мы всего лишь хотим, чтобы ты нашел для нас доктора Дау-линга.

- Я не очень-то умею готовить, - признался я.

- Уже умеешь, - заверила правая коленка. За окном сгущались сумерки.