Сегодня я впервые увидел человека-невидимку. Едва мы вошли в ангар, где ждали уже ставшие родными желтые «погрузчики», в нашу сторону двинулось это. Эластичный комбинезон, вроде того, что был надет на всех членов группы-17, вихляющей походкой шел в нашу сторону, совершенно не смущаясь, что внутри его никого не было. По крайней мере — головы не наблюдалось. Комбинезон остановился в трех шагах от нас и вдруг с азартом начал отбивать чечетку подкованными башмаками.

— Во, блин лохматый, дает! — заржал Блинный, закрывая дверь ангара. Мы разом захлопнули варежки: если прапорщик Блин Лохматый смеется и относится к данному явлению, как к чему-то нормальному, то и нам бояться особо нечего. Кеша спустился с осветительной мачты, сделал вид, что залез туда, чтобы размяться, и подошел к замершему «невидимке» вплотную. Привстав на цыпочки, осторожно заглянул в вырез воротника, провел рукой там, где, по идее, должна быть голова.

— Да он пустой! — сообщил Кеша громко. А комбинезон тем временем поднял руку, продемонстрировав толстую кожаную перчатку, и вдруг резко ухватил Иннокентия за нос.

— Больно! — завизжал ретивый тинейджер, схватившись за коварную перчатку обеими руками, но вырваться не смог. А комбинезон тем временем громко расхохотался. Вернее, не он, смеялся высокий мужчина точно в таком же комбинезоне, что издевался сейчас над Кешей. Он стоял около наших «погрузчиков» с вытянутой вперед рукой и громко ржал, сотрясаясь всем телом. Я сразу смекнул, что безголовый комбинезон в точности дублирует движения мужика и так же беззвучно сотрясается.

— Допустим, вы потеряли ключ от квартиры, — пытал нас дотошливый майор, — каковы будут ваши действия?

— Пойти в металлоремонт, сделать дубликат, — сказал Кеша и потер посизевший, как слива, нос.

— Верно, только обращаться положено по уставу.