Павлу хотелось выть от досады. Только толку то. Вой не вой, делу не поможешь. Вот и сидел в результате у костерка, разведенного из сухих туземных веток. Глазел в туземное звездное небо, молча помешивая оранжевые, по земному пахнущие сосной угли и предавался мрачным мыслям. Потом плюнул и отправился спать. Утро вечера как говорится мудренее.

Проснулся он от мягкого голосочка будильника. Восемь утра. Ага. Это на земле восемь… Утра. А здесь рассветет только часа через два. Эта планетка делает оборот чуть дольше, чем прародина человечества. Ткнул ногой бормочущего мучителя и отправился умываться. Поплескал холодной, отдающей дезинфикантом воды в лицо. Скрипя зубами, побрился. Потом, прихватив брикет с пищевыми концентратами, вышел наружу. Горизонт едва начинал светлеть. Было прохладно, даже несмотря на плотный комбинезон. Присел на корточки около давно остывшего кострища. Немного покачался на носках, потом, дурачась, перекатился в сторону, упав на бок, и всадил заряд из лазера прямо в сложенные шалашиком сучья. Сходил к озерцу за водой. Вчера он долго думал из чего сделать котелок и, наконец, приспособил для этого ведро из оранжереи. Получилось не очень эстетично, зато удобно. Поставил уже закопченное ведро в центр костра, немного раскидав пылающие деревяшки, и уселся на свежий, чуть влажный от выступившей росы пенек. Когда вода закипела, кинул туда пару суповых кубиков и помешал мгновенно пожелтевшую воду длинной веткой. Втянул носом пряный запах и пробормотал — Боже мой како…

Договорить не успел. По глазам резанула яркая вспышка, потянуло озоном, и рядом с ним возник невысокий, полный человечек в слегка помятом костюме. Мда. Это хорошо, что комбинезоны для разведчиков делают из негорючего материала. Но все равно чертовски больно, когда неожиданно садишься прямо в костер.