— О-о, какие люди! — радостно пробасил он, увидев Варвару. — Что заставило вас покинуть уютные медвежьи берлоги? Неужто хозяева выпали из спячки и указали вам на дверь?

— Напротив, медведи демонстрировали чудеса гостеприимства и исключительно колоритные сновидения, — улыбнулась Варя. — Мы и сами чуть в спячку не впали, на них глядя, да побоялись, что директор колледжа устроит разнос. Вот и поспешили вернуться... Кстати, с нами здесь Иван Иванович, он тоже очень хочет с вами поговорить.

— Аркадий, я все понял! — вклинился Иван, бесцеремонно отодвигая Варю от экрана видеофона. — Она у Грозного.

— Кто у Грозного? Неужели Сонька? — удивился Аркадий.

— Не Сонька, а книга! Помнишь историю пропавшей Либереи? В смысле, тогда она еще не пропала, а только нашлась, то есть появилась. — Иван совсем разволновался. — Если я не путаю, все это как-то связано с невестой дедушки Грозного.

— Ты хочешь сказать — бабушкой? — уточнил дотошный Аркадий.

— Бабушкой? — Иван будто споткнулся, замолчав на полуслове и глубоко задумавшись. — Ну, я, честно говоря, не знаю, стала она ему бабушкой или нет. Вдруг этот дедушка не однажды женился? Ты ж у нас историк, вот и разбирайся в царской родословной.

Аркадий тоже задумался.

— Нет, не могу вот так с ходу припомнить все перипетии личной жизни дедушки Грозного. Если тебя заинтересовала его бабушка, загляни в компьютер, ты ведь подключен к нашему архиву.

— Да зачем мне его бабушка? — рассердился Птенчиков. — Мне нужна Иванова Либерея!

— Что ж ты тогда голову морочишь? — невозмутимо поинтересовался Аркадий.

Птенчиков тихо зарычал.

— Мэтр, я могу пододвинуться, — участливо предложила Варя.

— Зачем?

— Вы, наверно, хотите принять позу Лотоса... — Девушка смутилась. Птенчиков вспомнил, как успокаивал нервы, стоя на голове в пыточной камере Каменной башни, возвышающейся на окраине Буяна. Да, практикующему хатха-йогу грешно раскаляться по пустякам. Он заставил себя перейти на диафрагменное дыхание и смирить лишние эмоции.