В Щедром у меня обнаружилась тетя – Анна Николаевна Гюллинг. Моя тетя – ведьма, каких мало, и это благодаря ей я узнала, что тоже являюсь ведьмой, каких еще меньше. Может быть, я вообще являюсь уникальной ведьмой. У меня даже хвост не такой, как у всех ведьм. У всех чешуйчатый – а у меня мягкий такой, словно из замши или велюра.

Когда чувствуешь себя уникальной, можно много наделать таких вещей, о которых потом будешь сожалеть. Я не буду перечислять здесь все мелкие и крупные пакости, которые мне довелось совершить в городе Щедром, я лишь скажу, что постаралась, как могла, их исправить. Во всяком случае, щедровская мэрия больше не является аквариумом с рыбками. Все нормально. Я их расколдовала. Вот с колдуном Торчковым еще придется разбираться, но моя тетя сказала, что для этого у меня пока нет ни времени, ни достаточных сил.

Кстати, в предыдущем романе случилось так, что моя тетя взорвалась в собственной машине. Произошло это на моих глазах, и я не сомневалась, что тетя погибла, да еще по моей вине. Но потом выяснилось, что тетя жива. Она действительно великая ведьма, и ей удалось провидеть, что на нее будет совершено покушение. Тетя не стала мелочиться и создавать морока, тем более что она полагала, будто убийца сможет распознать, морок или человек садится в машину. Тетя сделала финт похитрее – она отправилась в свое прошлое и привезла оттуда себя вчерашнюю. Именно вчерашняя Анна Николаевна Гюллинг и погибла в машине, а настоящая, сегодняшняя, осталась жить. Как это не повредило ее теперешней жизни, не понимаю. Ведь должен же был случиться временной коллапс или что-то вроде того! Но когда я спросила об этом тетю, она только таинственно усмехнулась и сказала, что у продвинутых ведьм не бывает проблем с коллапсами.