Верховная ведьма пожала плечами и села в кресло. Эй, ребята, вы чего? Пану Юлию протянули огромный мясницкий топор.

– Прочь с дороги, мальчишка! Меч Без Имени должен служить мне и делу возрождения нравственности. Мир погряз во грехе! Я омою его кровью. И если клинок не хочет выходить из камня, то я по кусочкам расколю сам камень!

…Пять топоров взметнулись в воздух. Я ухитрился уйти от первых выпадов, но долго бегать по помосту весьма проблематично, здесь не слишком много места. Зато мне удалось ударить одного ногой и, рванувшись в образовавшуюся брешь, встать у самого камня, но… Враги успели взять меня в кольцо.

– Попробуй только дотронуться до рукояти – и твоя голова слетит с плеч! – захохотал противный толстопуз.

Черная ярость захлестнула мою бедную голову. Я потерял сына! А мне здесь препятствия чинят, рэкетиров из себя изображают. Видит Бог – я изо всех сил пытался быть мирным и человеколюбивым. Не хотите – не надо! Получите так же, тем же концом и по тому же месту. Я медленно поднял руку…

– Мой меч! Меч Без Имени!

Серый камень словно взорвало изнутри. Горячая рукоять влетела в мою ладонь, и серебряная молния клинка очертила круг над головой. Народ ахнул! Верховная ведьма удовлетворенно хмыкнула. Король хлопнул кардинала по плечу. Злобыня радостно бил в ладоши. Из толпы претендентов гордо вышел сэр Гейкельхард и заявил на всю площадь:

– Мы с вами, лорд Скиминок!

– Убейте его! – завизжал покрасневший от обиды шляхтич.

Пять топоров пошли в дело… Двое первых негодяев так и не поняли, почему у них в руках вдруг оказались жалкие обрубки топорищ. Потом Меч Без Имени распахал локоть третьему, и он с воем уронил секиру на ногу четвертому, мгновенно выведя его из строя. Пятый промахнулся и, получив дополнительный пинок, вылетел с помоста на мостовую. Мы с паном вышли один на один. Вежливость надолго оставила меня, благородство, такт и совесть мудро отошли в сторонку.