Красивые, сволочи. Этого не отнимешь. Особенно тот, что слева, сероглазый. Бледное, узкое лицо, чуть раскосые серые глаза,прямой нос, угольные брови и длинные черные волосы, блестящие как зеркало, каскадом лежат на плечах. А аура такая - что не будь я likata-se- давно бы у него в ногах ползала, преданно глядя в глаза.  Сила из него так и бъет

А взгляд-то у сероглазого поменялся. Исчезли всякие сопли, появилась злость. На меня? Я то ему что сделала? А, понимаю, понимаю. На себя злись, что эмоции дал увидеть. Я их не просила, и не хочу. Кто же виноват, что вас  выдержке не учат. Силу воли, трениировать  развивать надо. Молодняк, сразу видно!

- Можно, мы присядем?- заученным жестом махровой дуры захлопала я длинными ресницами.

Злость в серых глазах сменяется презрением. Чудесно. Теперь никто доставать не будет, хоть поем спокойно. Буду играть роль сладкой дуры до Армшира, и два спокойных дня мне обеспечены. А а что делать, господа хорошие? Отрастите себе сиськи третьего размера, заведите  фигуру, которая по всем канокам считается близкой к идеальной, кукольное личико- потом поговорим.

Правда, становится вопрос- как вести себя там? Ладно, доедем- посмотрим на месте. 

Глава 4

Тиана Торрейская

 Сорвалась я на следующий день. По глупости. Нечаянно. И тщательно взлелеянный образ сладкой дуры осыпался звездным пеплом. А все из за какой то пуговицы. 

    Верхняя пуговица на черной шелковой рубашке отлетела еще с вечера. Пришивать ее мне было банально лень, а бытовая магия- не мой конек, да и не Доркин. Оба профаны.  Поэтому я решила проблему просто - сняла цеховый знак стихийников со своего плаща и скрепила ним расходящийся почти до пупа вырез. Вредный значок, ни в какую не желающий прикрывать столь сокровенное место упорно не застегивался. Я чертыхнулась. Через пол часа мучений он таки поддался, но я была в состоянии близком к неконтролируемому бешенству и тихонько рычала про себя. Поэтому на слова, сказанные ехидным вампирским голосом, прореагировала особо не думая.