«Рецепторы обоняния у рептилий находятся в языке», – отметила Пегги, вспомнив школьные уроки по зоологии.

Змея отвернулась от изуродованного дерева и поползла дальше. Опилки, прилипшие к ее чешуе, создавали иллюзию, будто она покрыта слоем меха.

– Похожа на огромную сосиску, вывалянную в толченых сухарях! – пробурчал синий пес.

Удав еще два раза подползал к обрубкам деревьев и полз дальше. Наконец он нашел нетронутый дуб. Он тут же разинул пасть, обнажил зубы и приготовился к атаке. Челюсти его растянулись, и показались ядовитые клыки, изогнутые таким образом, чтобы было удобно кусать. Пегги Сью затрясло. Удав бросился вперед и вонзил зубы в один из корней. Туловище змеи напряглось.

– Сейчас он отравит древесный сок, – прошептала бабушка Кэти. – Клыки ползучек выделяют яд, вызывающий ферментацию внутри жертвы. Через несколько минут ствол и ветви этого дерева начнут раздуваться от внутреннего брожения. Дуб лопнет, как воздушный шар. И как все эти деревья вокруг. В последний раз, когда я приезжала сюда, ползучки были миролюбивыми и жили в зоопарке, в виварии. Видимо, они оттуда сбежали… Плохой знак! Если городские службы Аквалии не попытались их отловить, значит, у мэрии возникли серьезные проблемы.

Пегги Сью не могла оторвать взгляда от змеи.

«Мне кажется, она делает это, чтобы предупредить нас об опасности, которая, возможно, угрожает нам, если мы немедленно не повернем назад, – подумала девочка. – Это способ устрашения».

Бабушка Кэти переключила скорости, направила грузовик к подъему дороги.

В течение десяти минут они ехали между рядами обрубленных деревьев. Девочка украдкой поглядывала вокруг и считала про себя раздувшиеся больные дубы.

– Что произойдет, если жертвой укуса ползучки станет живое существо? – спросил синий пес.

– Оно лопнет, – ответила Кэти Флэнаган, – так же, как деревья.