Китаец снял кожаные перчатки, протянул правую руку Илье Константиновичу и, поблескивая неестественно белыми зубами, весело спросил:
— Все нормально, мистер Норман?
— Да, Джекки, — сказал слабым голосом Русской. — Все прекрасно. За исключением одного — я не мистер Норман!
Китаец удивленно почесал затылок и что-то затараторил по-китайски. Русской недоуменно пожал плечами, покачал головой, и китаец снова перешел на английский. Недоразумение выяснилось довольно быстро. Китаец оказался легендарным киноактером Джекки Чаном, снимавшим сцену своего очередного боевика «Жить и умереть в Гонконге». По нелепой случайности в мизансцене на пирсе Илья Константинович занял место американского актера Мела Нормана и таким образом оказался вовлеченным в последующие события. Джекки Чан долго извинялся, прижимая к груди обе руки, но оба понимали, что ничего уже исправить нельзя. Огромный шар медленно набирал высоту, и воздушное течение увлекало его в сторону Гималаев, заснеженные пики которых уже нежно синели на горизонте. Как у Рериха на картине.
— Вы хорошо держались, мистер Русской, — дружелюбно сказал Джекки Чан.
— Благодарю, — отозвался Илья Константинович, стараясь не смотреть вниз.
— Хотите сняться в моем фильме? — великодушно предложил актер.
В другое время Илья Константинович не раздумывал бы. Сняться в фильме с Джекки Чаном? Это принесло бы ему как предпринимателю невиданные дивиденды! Некоторые фильмы Джекки Илья Константинович смотрел по нескольку раз. «Доспехи Бога» там, «Час пик» или «Непобедимый дракон». Привезти в Россию кассету с фильмом, а потом таинственно улыбаться и намекать, что махаться научился не хуже самого Джекки Чана или Брюса Ли. Бабы штабелями ложиться станут!