А вон тот, в клетчатом костюме, — Бракс, демон — торговец подержанным волшебным оружием. А меч — Катберт. Он, к сожалению, немного трусоват. А Домового Вунтвор еще в прошлой сказке узнал! В прошлой сказке? Да, да, правильно! Он пленник Матушки Гусыни, которая сейчас на всех парах мчится к ним с холма, сопровождаемая прямоходящим волком в зеленой бейсбольной кепке. Где-то он его уже видел! Вунтвор тряхнул головой.

Интересно, что кое-чего я еще не вспомнил. Прочихавшись, из-под моста вылезло огромное сине-красное существо устрашающего вида, подползло к Браксу, звучно высморкалось в полу его пиджака и прогнусавило:

Гакс Унфуфаду, благородный демон, больше не хочет дурацких сказок! Он эту Матушку Гусыню разорвет на сотню гусят противных!

— Вот как? — сухо осведомилась старая дама. — А позвольте узнать, что это так расстроило моего маленького демона?

Гакс надвигался на Матушку Гусыню, выпустив острые когти, готовый выполнить свою угрозу. Изготовившись схватить ее, он внушительно изложил свое главное требование:

— Больше никаких стихов!

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Мудрый волшебник должен по возможности избегать строить планы во время кризиса. Совет прекрасный, но вот незадача: часто обнаруживается, что кризис уже все спланировал за волшебника.

Из «Наставлений Эбенезума», том VII

Гакс надвигался на Матушку Гусыню. Но пожилая дама и не думала отступать.

— Неужели ты полагаешь, что можешь победить меня? А ну-ка: жили-были, жили-были… — завела она.

— Здесь кто-то говорил о стихах? — послышался гулкий голос из-за моста.

Я повернул голову и увидел дракона Хьюберта, мягко садящегося на речную гладь. На его синей чешуйчатой спине удобно устроилась прекрасная Эли. Что-то в ней появилось новое… Может, все дело в этом небесно-голубом платье? Или белокурые волосы уж очень отросли? Они совершенно скрывали мощную шею дракона. Правда, вся эта сказочная канитель совсем заморочила мне голову, так что я уже ни за что не поручился бы.



16 из 149