— Что? — переспросила Матушка Гусыня. — Когда приступить к работе? Как только я окончательно решу, что пока рано отдавать тебя великанам, для того чтобы они запекли тебя в буханке хлеба!

— Но, сударыня! — Джеффри замахал передними лапами, призывая старую даму прислушаться к голосу разума. — Такая возможность представляется раз в жизни! Только вдумайтесь! Говорящий волк! Как символично! Какая метафора!

— Какая начинка для пирога! — в тон ему воскликнула Матушка Гусыня. — Ричард! — крикнула она. — Эй, Ричард!

Вдали послышался шум. Пока Матушка Гусыня и Волк препирались, я попробовал незаметно скрыться, но Ричард успел перехватить меня. Я знал, что от него не спрячешься: везде достанет.

Шум становился все громче и громче, к тому же стало ясно, что он состоит из двух разных звуков: глухих, повторяющихся ударов, как будто что-то бросали в болото с большой высоты, и треска: Ричард ведь все крушил на своем пути.

Волк как-то сразу загрустил.

— Кто это — Ричард? — нервно спросил он.

— Ох ты! — раздалось сверху.

Великан наконец прибыл.

— Ричард, это ты? — спросила Матушка Гусыня.

— Зачем я только сунулся! — простонал Волк. — Я, пожалуй, пойду…

— Надеюсь, тот домик был вам не нужен, — сказал Ричард. — Дело в том, что он стоял как раз на берегу реки, там было скользко, вот я и…

— Забудь о нем, Ричард! — раздраженно перебила Матушка Гусыня. — Я велю гномам построить новый дом. А пока для тебя есть работа.

— Давайте не будем спешить… — предложил Джеффри. — У меня слишком большой талант, чтобы вот так запросто спалить его в печке!

— И язык у тебя тоже слишком большой, — добавила Матушка Гусыня. — Ричард, пригляди за Волком, пока я работаю. А будет плохо себя вести…

Великан расплылся в улыбке:

— Буханка свежего волчьего хлеба!