Техасец Пит, седлавший мустанга в загоне, начал день с новой песни.

— С работой покончено, Бык? — спросил он, взглянув на экс-бригадира.

— Полагаю, да, — ответил тот.

Пит легко вскочил в седло.

— Похоже, и я собираю манатки, — объявил он. — Мне явно нужен отпуск. Куда отправимся?

Глаза Быка остановились на фасаде ранчо. Как раз в этот момент из офиса вышел старый Элиас, а за ним его дочь Диана и Хол Колби. Эти двое смеялись и весело болтали, причем Бык не мог не заметить, насколько близко негодяй склонялся к лицу девушки. Подумать только, как легко этот мерзавец находил путь к сердцу людей, а в особенности женщин, с какой опасной легкостью завоевывал их доверие!

— Если ты собираешься прочь отсюда, то почему не седлаешь мустанга? — продолжал техасец.

— Похоже, я передумал.

Пит посмотрел в сторону ранчо, в том же направлении, куда и Бык, и пожал плечами.

— Понятно, — прокомментировал он. — Да, местечко-то здесь неплохое. Пожалуй, я тоже останусь ненадолго.

Элиас Хендерс и Хол Колби неторопливо подошли к лошадиному загону, девушка же повернула обратно к дому. Когда двое мужчин вошли в загон, Бык соскочил с изгороди и приблизился к Хендерсу.

— Вы нуждаетесь в рабочих? — спросил он старика.

— Я могу взять тебя, Бык, — ответил Хендерс с тусклой усмешкой. — Тридцать пять в месяц плюс снабжение.

Бывший бригадир кивнул в знак согласия, направился к лошадям, столпившимся с другой стороны загона, и свистнул. Голова Звездочки поднялась над головами других животных. Верный конь мгновенно почуял хозяина и, проталкиваясь сквозь толпу сородичей, устремился прямо к нему.

— Теперь бригадиром будет Колби, — объявил Элиас Хендерс, остановившись в самом центре загона.