— Ты не поздравила меня, Ди, — сказал Колби. — Или ты еще не знаешь?

— Знаю, — ответила она. — Поздравляю тебя. Но не могу забыть, что твоя удача означает для другого человека несчастье.

— Это его собственный промах, уверяю тебя. Человеку, напивающемуся до такого состояния, нельзя доверять руководящую работу.

— Да, но он был хорошим бригадиром.

— Может быть. Я же не говорю о нем ничего плохого. Однако я вижу, как высоко ты его ценишь, — а что, собственно, ты о нем знаешь? Ты должна быть осторожнее, Ди. В этих краях скрыто много мрачных тайн. Когда парень столь неразговорчив, как он, то, скорее всего, у него на душе есть что-то, о чем ему не надо болтать.

— А я думала, что он твой друг, — заметила девушка.

Колби покраснел:

— Конечно, он мой друг. И, поверь мне, я очень ценю старину Быка. Но в данном случае я думаю только о тебе, а вовсе не о нашей с ним дружбе. Я очень хочу, чтобы с тобой никогда не случилось ничего такого, о чем бы ты впоследствии пожалела.

— Не понимаю, о чем ты, Хол.

Он в замешательстве ударил себя хлыстом по ноге.

— Ерунда, Ди. Естественно, я не хотел сказать ничего дурного о своем друге. Я лишь призываю тебя к бдительности, вот и все. Ты же знаешь, нет ничего такого, чего я не сделал бы для тебя, даже если это будет стоить мне всех друзей на свете. — Нахал переложил поводья в правую руку, а левую, слегка наклонившись, положил на руку Дианы, которую она сразу же отдернула.

— Пожалуйста, не надо, — попросила она.

— Я люблю тебя, Диана, — выпалил он внезапно.

Девушка в ответ на это только рассмеялась — весело, хоть и не без издевки.

— Все до единого мужчины думают так. А все потому, что я здесь единственная девушка и на сто миль вокруг нет ни одной конкурентки.