Хорошенькая женщина лет двадцати была одета в скромное дорожное платье. Шляпка с широкими полями закрывала её смешливое лицо со слегка заметными веснушками. Мужчина лет двадцати пяти-двадцати шести со светлыми волосами, с усиками и бородкой немного более тёмного тона, без головного убора, в лёгком шёлковом камзоле, с кружевным воротником, небрежно расстегнутым, сидел рядом. Лицо его выдавало спокойный, даже несколько мягкий и незлобивый характер. Глаза смотрели на мир спокойно, и в них можно было при желании легко найти весёлые и доброжелательные искорки.

Женщину звали Ивонна, мужчина носил прозаическое имя Пьер. Это была супружеская пара, спешащая домой, в горный замок или усадьбу, где их с нетерпением ожидал сын Эжен, которому уже исполнилось три года. Наверняка мальчишка очень ждал приезда родителей с подарками и ласками.

– Господи, и зачем я согласилась ехать с тобой в этот шумный, суматошный Марсель! - уже который раз вздыхала Ивонна, когда разговор на некоторое время иссяк. - Как было хорошо в горах! И я так соскучилась по нашему Эжену! А ты, Пьер? - её глаза с искорками смеха уставились на мужчину, в их синеве отразилась не то любовь, не то глубокое чувство единения, уважения и тихой умиротворённости.

– Дорогая! Ну, конечно же, я страшно скучал по нашему сыну! О чём же тут говорить? Я с нетерпением считал мили, отделяющие нас от встречи с ним, - он посмотрел в её большие, необыкновенно синие глаза и продолжал: - Ивонна, не смотри на меня так, а то я сгораю от нетерпения побыстрее оказаться с рядом тобой в нашей маленькой спальне.

– Тише, нас могут услышать, глупенький! - ответила Ивонна, а лицо её запылало ярким румянцем. - Думаешь, я этого не хочу? - она потянулась к нему своими мягкими губами и нежно чмокнула в щёку.

Пьер обнял её, прижал к себе и тихонько вздохнул. Она встрепенулась, пытливо взглянула своими большими, расширенными в эти мгновения глазами, откинула голову в обрамлении русых волос, завитых в длинные локоны, и спросила: