Эти слова нарушили хорошее настроение Морака, и его ненависть к этому коротышке вспыхнула с новой силой. Вентриец повернулся к девяти своим спутникам.

— Криг не зря пришел в эти горы: он знал, что Нездешний живет где-то здесь. Мы разделимся и прочешем всю округу. Через три дня встретимся вон у того северного пика, где ручей раздваивается. Ты, Барис, пойдешь в Касиру. Разузнай там побольше о Криге: с кем он жил, где выпивал. Найди источник, откуда он получил свои сведения.

— Почему я? — спросил высокий, светловолосый молодой человек. — А вдруг вы отыщете его, пока меня не будет? Получу я тогда свою долю?

— Мы все получим свою долю, — пообещал Морак. — Если мы убьем его до того, как ты вернешься, я позабочусь, чтобы твое золото оставили для тебя в Дренане. Уж честнее, по-моему, и быть не может.

Барис, явно не до конца убежденный, все же кивнул и зашагал прочь. Морак обвел глазами оставшихся восьмерых. Все они — закаленные воины, привычные к жизни в лесу. Он и раньше пользовался их услугами и знал их как крутых, не отягощенных моралью парней. Он смотрел на них свысока, но не выдавал своих чувств. Кому охота проснуться с зазубренным лезвием у горла? Белаш был единственным, к кому он питал ненависть. Кочевник не знает страха и мастерски владеет ножом и луком. В таком деле, как это, он стоит десятерых. “Но придет день, — с мрачной усладой думал Морак, — придет день, и я его убью. Вспорю его плоский живот и выпущу кишки наружу”.

Распределив всех по парам, он дал им указания. — Если вам попадется чье-нибудь жилье, спрашивайте о высоком вдовце с молодой дочкой. Быть может, он называет себя не Дакейрасом, а как-то иначе, поэтому ищите любого вдовца, который подходит под описание. Если найдете его, ничего не предпринимайте, пока мы не соберемся все вместе. Понятно?

Воины кивнули в ответ и разошлись. Десять тысяч золотых рагов ждали того, кто убьет Нездешнего, но для Морака деньги мало что значили. Его состояние, в десять раз превышающее эту награду, хранилось у купцов в Машрапуре и Венгрии. Главное — сама охота и слава, которой добьется человек, убивший живую легенду.