– И что это? – спросила я.

– Фонарик, – ответил Тай, лихорадочно роясь в рассыпающейся по листочкам книге. – Ага… значит, так…

– Ну и на кой он тебе? – поинтересовалась я, с интересном разглядывая «фонарик».

– Пригодится, – сказал Тай. – А то вечно у меня лампочки перегорают, и я в темноте на мебель натыкаюсь…

– Так и будешь ходить с этой штукой? – хихикнула я, отметив забавную деталь: куда бы ни повернулся Тай, шарик висел спереди, сантиметрах в пяти у него над головой. – Это называется «и во лбу звезда горит»!

– Нет, конечно. – Тай что-то буркнул, щелкнул пальцами, и шарик исчез. – Надо будет, вызову…

Внезапно меня осенило.

– Постой-ка… – сказала я. – А откуда у тебя эта книжища? Ты же говорил, в свободном доступе подобной литературы нет, она только уэтих!

– А я кто, по-твоему? – ворчливо спросил Тай. – Ну что ты так на меня смотришь?

– Колись, спер фолиант? – напрямик задала я вопрос.

– Ничего подобного, – обиделся Тай. – Это подарок.

– Интересно, от кого?

– Что ж ты любопытная такая? – вздохнул Тай. – Ладно…

Слово за слово, я вытащила из Тая прелюбопытнейшую вещь: оказывается, уэтихсуществует не только официальная организация, та, что держит под контролем правительство и всё прочее. Есть уэтихи оппозиция. Те, кто не желают лезть на свет, а предпочитают жить по старинке: кто в глухой деревне, кто и вовсе отшельником. Когда Тай отказался сотрудничать с официальными представителямиэтих, его отыскали другие. А Тай… Тай не горел желанием лезть в пожизненную кабалу государственной службы, но вот узнать побольше ему хотелось нестерпимо. Теперь его снабжают кое-какой литературой и прочим необходимым в его ремесле.