«А что, если мистер Мортон написал письмо и выписал чек под дулом револьвера?» — мелькнуло в голове мистера Оливера. Его охватило волнение, лицо банкира снова порозовело.

— Чек на огромную сумму, Линмаус, — заметил он.

— Да, сумма большая, — согласился Ларри и выжидающе посмотрел в глаза президента.

— А если я спрошу, как это мистер Мортон смог задолжать вам такую огромную сумму? Понимаете, Линмаус, в таких вопросах я должен быть предельно осторожным.

— Думаете, я силой заставил Мортона оформить на меня документы?

— Ну… Конечно же я так не думаю. Но…

— Ваши сомнения, мистер Оливер, мне вполне понятны. Я на вас не в обиде. Дело в том, что Эверет Мортон несколько раз занимал у меня деньги.

— Так он брал у вас деньги?

— Да.

— Значит, брал в долг, — как бы подводя итог, произнес банкир и потянул себя за порыжевший от табачного дыма ус.

Несмотря на затруднительное положение, в котором он оказался, Уильям Оливер хотел оставаться предельно вежливым. Он считал себя честнейшим на земле человеком, а это ко многому обязывало. Президент мог бы с легкостью обналичить предъявленный ему чек — банковской операции проще и легче не придумать. Но мистер Оливер, как все банкиры в мире, страшно мучился, когда его банк расставался с наличностью. «Мерчантс-Лоан энд Траст» был его любимым детищем, на создание и процветание которого он потратил очень много времени и сил. Благодаря неустанным заботам президента банк вырос из грудного младенца во взрослого и крепкого мужчину. «Если я выдам Линмаусу деньги, а впоследствии окажется, что бумаги поддельные или написаны Мортоном под угрозой смерти, то репутация моего учреждения будет здорово подмочена. Как же все-таки защитить интересы нашего загадочного клиента?» — подумал мистер Уильям Оливер и, еще больше краснея, заерзал в кресле.