— Так ты что же, даже не поцелуешь меня на прощанье, а, Чарли? — поинтересовался Гарри.

— Да я с большим удовольствием вытяну тебя кнутом! — воскликнула она, криво усмехнувшись. — Ты только послушай, Чет, что он говорит!

— Эй, Чет! — повернулся к нему Дестри. — Так, значит, увозишь от меня мою милочку? Ну ладно, старина, я не в обиде. Только уж оставь мне что-то вместо нее, будь добр.

Чет Бент невозмутимо оглядел улицу и кивнул.

— Я слышал, бультерьер Пайка опять сорвался с цепи, — проговорил он. — Проклятая тварь загрызет еще кого-нибудь прежде, чем солнце сядет, вот помяни мое слово!

— Да неужто? Похоже, ты прав, — сказал Дестри и обернулся, чтобы в свою очередь посмотреть на дорогу.

В эту минуту налетевший порыв ветра откинул полу его потрепанного пальто. И он и девушка пристально вглядывались в даль, где мелькало какое-то небольшое белое пятнышко, поэтому оба не заметили быстрого движения Бента. Его рука с зажатым в ней тонким белым конвертом мгновенно скользнула во внутренний карман пальто Дестри. Миг — и он уже как ни в чем не бывало тоже смотрел вперед.

— Ты уж оставь мне что-нибудь взамен — ведь даже самая последняя крыса на приисках и то бывает благодарной, — снова потребовал Дестри.

— Ага, и оставляет за собой одну пустую породу — камни да песок! — улыбнулся Бент.

— И золотишко тоже! Во всяком случае, я так слышал.

— Неужто слышал? Ну ладно, вот, возьми. Но в последний раз, Гарри, запомни!

— Сорок, пятьдесят… Я сейчас с ума сойду, честное слово! Ну, Чет, шестьдесят, семьдесят… Не может быть, я что, сплю? Быть такого не может! Семьдесят пять, восемьдесят… Не иначе как ты переродился, Чет! Уж не ты ли с ним сотворила это чудо, а, милочка? Девяносто, сто… Сто! Целая сотня!

— Лучше положи их в банк, целее будут, — посоветовала девушка.

— Погоди минутку, Чет! — закричал Дестри. — Что это с тобой, дружище? Ты, никак, головой ударился? Или это вера такая у тебя? А может, ты продал соляную шахту и денежки полились рекой?