Пляжик был крохотный, не больше четырех футов в длину и трех в ширину, но все же давал возможность выползти из воды и передохнуть. Я поплыл туда и наткнулся на копье и свернутую шкуру с моими пожитками — она не затонула. Выбросил я на берег лук и стрелы, а потом выловил остальное и вернулся к пляжику.

Растянуться на этом бережочке во весь рост никак не получалось, только оставить ноги в воде — ну, так я и сделал. Эту песчаную полоску было видно только с поверхности воды, потому что озерцо окружали со всех сторон гладкие отвесные скалы, самая низкая из которых поднималась над водой на добрых шесть футов. Даже если индейцы обойдут вокруг и заберутся на скалы прямо напротив, им никак не удастся заглянуть в мое укрытие. Их глазам откроется лишь вода и скала, нависшая надо мной.

Здесь вряд ли кому удастся меня найти… но оставался вопрос, вот такой здоровенный вопрос: как отсюда выбраться?

Еды у меня совсем не осталось, да и сил почти не было — но зато я на какое-то время оказался в безопасности. В общем, свернулся я на песке калачиком, натянул на себя остатки шкуры — и заснул.

И во сне мне приснилось, что я слышу, как фыркают и топают лошади, скулит собака или волк и где-то падает вода…

Прошло много времени, пока я проснулся. Я промерз до костей, просто трясся от холода, вода в густых сумерках казалась серой. Где-то близко шумел водопад… но это не имело значения.

Значение имело лишь одно: я не могу отсюда выбраться.

Эх, Галлоуэй, и где тебя носит?

Глава 5

— Есть там городок, — сказал Шэдоу, — ну, на худой конец может сойти за городок…

— Флэган про этот городок ничего не знает. Когда он смылся, он был голый, в чем мать родила, и бежал так, что сердце наружу выскакивало, но, насколько я знаю Флэгана, он подастся в горы. Там всегда найдется местечко, где спрятаться, и больше возможностей добыть еду.

— Тем не менее он, может статься, найдет какие-нибудь следы, и если пойдет по ним, то рано или поздно выйдет на какой-нибудь лагерь золотоискателей или ранчо.