— Нет, скачи домой и расскажи Беквиту, что произошло — и спрячь подальше этот ствол.

Рисдон заколебался:

— Ну а Барбаре что сказать?

Уокер уставился на партнера:

— Знаешь, я от этого в таком же «восторге», как и ты.

— Я думаю, что все это становится все более и более бессмысленным, — ответил Рисдон.

— Да думай, что хочешь — только убирайся отсюда побыстрее.

Уокер дал кобыле шенкеля и направился обратно, к гребню. На полпути он обернулся — увериться, что Рисдон исчез. Он слышал кавалеристов внизу, в чистом холодном воздухе бряцание и голоса разносились далеко. Уокер выждал, пока они его заметили, и тронулся вдоль гребня. Раздался окрик, затем еще один. В тот момент, когда Уокер подъехал к перевалу, кто-то из всадников, наконец, выстрелил. Он ослабил повод и помчался вниз по склону, идя зигзагом и огибая сосны.

Он проскакал две трети пути до низины, когда сосны сменились кустарником и валунами. Уокер пришпорил кобылу, намереваясь выскочить на открытое место. Обернувшись пару раз, он увидел преследователей, их темно-синяя форма явственно выделялась на зеленом фоне зарослей. Он услышал звук выстрела и визг пули, срикошетившей от камня. Затем ещё один выстрел. Третья пуля вздыбила фонтанчик песка в нескольких ярдах перед лошадью и та резко развернулась. Уокер попытался её удержать, но она уже начала скользить по сланцевому склону. Неожиданно она рухнула, и Уокер вылетел из седла. Уже в воздухе он попытался извернуться, но, падая, ударился обо что-то и покатился вниз…

* * *

Крепкий запах дубленой кожи и лошадиного пота. Его тело снова грянулось о землю, и падение привело его в чувство. Когда кавалеристы его нашли, то перекинули тело через седло и так привезли к основному отряду. Ну, а там его бесцеремонно сбросили на землю.

Он услышал чей-то голос:

— Сержант! — Он пошевелил головой. — Он пришёл в себя, — крикнул кто-то.