— Какими же? — мягко спросил Сэм.

Канеха гордо вскинула голову и посмотрела прямо в лицо мужу:

— Некоторые из белоглазых говорят, что наш сын более низкого происхождения и кровь у него не такая красная, как у них.

Сэм стиснул зубы и заиграл желваками. Интересно, откуда она узнала об этом? Ведь никогда не выезжала с ранчо, ни разу не бывала в городе. Внутри шевельнулось чувство вины.

— Это болтают глупые детишки, что с них возьмёшь.

— Я знаю, — прошептала она, не в силах скрыть обиды.

Сэм нежно коснулся её щеки. Она перехватила его грубую ладонь и прижалась к ней губами.

— Я думаю, муж мой, пора отослать нашего сына к вигвамам предков, к его могучему и бесстрашному деду, который передаст ему великую силу крови сынов кайова.

Сэм посмотрел в чёрные бездонные глаза жены. Пожалуй, во многом она права: нельзя совсем отрывать человека от родного племени. За одно лето, проведённое с кайова, Макс научится всему, что необходимо для того, чтобы выжить на этой дикой земле. Он почувствует себя частицей большой и древней семьи, берущей начало за много веков до этого, чем не могут похвастать дразнящие его пришлые шакалы.

Он согласно кивнул.

— Я отвезу нашего сына к вигвамам моих братьев кайова, жена.

Он с нежностью посмотрел на стоявшую перед ним гордую и красивую женщину. Ему уже было пятьдесят два, ей — вдвое меньше. Несмотря на роды, она не растолстела, как большинство индейских женщин, оставаясь стройной, грациозной, сильной духом и телом. Внутри его шевельнулось какое-то странное чувство.

Он отложил подпругу в сторону, поднялся и сделал шаг к жене. Погладил прекрасные шелковистые волосы и прижал её голову к своей груди. Сейчас он нашёл определение шевельнувшемуся в нём чувству. Оно всегда было с ним с тех пор, как он впервые увидел гордую дочь народа прерий.