Райннон очень осторожно поднялся на холм. В его сердце пела такая радость, что он едва сдерживался, чтобы не рассмеяться вслух, скользя от куста к кусту, низко пригибаясь, стараясь, чтобы его тень не мелькнула на фоне неба. Эти трюки были ему давно знакомы. В этом он долго себя тренировал. А такие уроки усваиваются навсегда.

Он подобрался к вершине холма и расположился в зарослях кустов, найдя прекрасно подходящее для себя место.

Он удобно устроился там, вот ожидая услышать топот копыт. Наконец, он раздался, хотя чуть позже, чем в предыдущую ночь. Из темноты вынеслась скачущая лошадь, ее подковы громко звенели о камни.

Всадница натянула поводья перед Райнноном. Лошадь некоторое время нетерпеливо гарцевала на скалах, затем успокоилась, словно узнала место, и потянулась мордой к траве.

Всадница отпустила поводья и сложила руки на седле, как будто она бездумно смотрела перед собой. Наконец, она вынула бинокль и поднесла его к глазам.

Значит, ночной бинокль!

Любопытство Райннона возросло стократно! Он подобрался чуть поближе. С этой точки он разобрал, что всадница смотрит в бинокль на далекий дом Ди, чьи окна верхнего этажа светились сквозь окна деревьев.

Наблюдение продолжалось пять или десять минут, после чего она убрала бинокль и спешилась. Она села на большой камень, все еще не отрывая взгляда от дома, и некоторое время царила тишина, прерываемая лишь дыханием лошади, которое становилось все более и более спокойным, да позвякиванием удил, когда она щипала траву, довольно постукивая копытом.

Девушка вздохнула. В этот момент Райннон встал и мягко двинулся вперед. Лошадь тряхнула головой и громко всхрапнула.

— Добрый вечер, — весело сказал Райннон.

Ответом ему был дикий визг. Девушка отпрыгнула от скалы и одним прыжком бросилась к лошади. Увидя возвышающегося перед ней Райннона она отпрянула к ее плечу и съежилась в смертном страхе.