Он проехал несколько километров. Местность он знал давно, легко в ней ориентировался.

В долине раскинулся маленький городок. В верхней его части, возле довольно крутого склона, стоял грязно-серый барак, вроде салуна. Он был построен из деревянных бревен без единого гвоздя. Сооруженный еще перед войной, он хорошо выдержал испытание, но дерево начало гнить.

Грин приехал в городок запастись солью, перцем, боеприпасами. Сейчас он сидел за бараком, стреляя по пустым пивным бутылкам. В долине царило оживление — шла стройка, поднимались новые срубы. Дерево было еще сырым, полным соков, поэтому гвозди входили со скрипом, а срубы уже начинали кривиться.

Грин был увлечен своим занятием и не смотрел на долину. За его спиной хриплый старческий голос пел непристойную песенку. Из салуна показался человек лет семидесяти. Держался он прямо, хотя был пьян в стельку. Седые волосы падали ему на плечи, густая борода почти целиком закрывала лицо. Выделялись лишь глаза — голубые, блестящие, игривые. Перед собой он держал несколько бутылей с вином. Старик уселся возле Грина, но тот почти не обратил на это внимания. В то время как молодой человек пулями разбил несколько пустых бутылок, старик щелчком пальца откупорил полную и с удовольствием сделал долгий глоток. Потом вытер губы тыльной стороной руки и громко рыгнул.

— Очень рад тебя видеть, — сказал он Грину. — Раз ты все время хлопаешь бутылки, надо, чтобы кто-то их опустошал еще быстрей!

Грин улыбнулся.

— А что, тебе надоело?

Старик расхохотался, стукнув Грина по плечу. Зубов ему сильно не хватало, но смех не был противным.

— Черт возьми, нет! Но я побьюсь об заклад, что это надоест пивной компании «Миссури энд Грейт Вестерн»!

Он кивнул, продолжая беззвучно смеяться, опять выпил и рыгнул.