— Знаешь, Харви, ты не единственный поставщик в этом углу.

Хаддлстон посмотрел на выпрямившегося Поттса: это был высокий человек, сильный, подтянутый, хотя на вид ему было лет шестьдесят.

— Как бы не так! — ответил Хаддлстон.

Поттс покачивался на каблуках. Физиономия у него была морщинистая, но кожа упругая. И в сто лет он еще будет выглядеть на шестьдесят, не похоже, чтоб он скоро скис. Сунув в свои желтые зубы длинную сигару, он стал созерцать пейзаж. Хаддлстон смотрел на него с оскорбленным видом. Поттс неохотно протянул ему сигару.

— Я скоро буду много зарабатывать, — заявил фермер.

— Вот оно что! — сказал Хаддлстон, покачав головой. — Тебе еще повезет, если тебя не сдует в залив ветром. Или ты мне платишь наличными, или я забираю все, что тебе поставлял.

Поттс зевнул и вновь опустился на колени, чтобы заниматься землей.

— Наличными? У меня их вообще нет.

Хаддлстон бросил сигару, Поттс скорчил гримасу, подобрал сигару и положил ее в карман.

— Обычные условия, — сухо сказал торговец, — шестьдесят на сотню прибыли мне. Так я смогу вернуть то, что вложил в дело.

Это, по всей видимости, показалось Поттсу забавным.

— Согласен, я на мели, но я не такой простак, как ты думаешь.

— Ладно, ладно. Пятьдесят на пятьдесят, пусть. Это мое последнее слово.

Поттс строго посмотрел на торговца.

— Харви, — сказал он, — у меня никогда не было компаньонов. Давай договоримся. Я тебе отдам долг, когда соберу урожай.

Хаддлстон открыл было рот, чтобы усмехнуться, но сразу же его захлопнул, как только Поттс выпрямился и приблизился к нему. С безмятежностью во взоре он сказал неторопливым голосом: