— Врешь по-наглому, — не согласился с ним Длинноногий. — Восемь команчей могли бы разрезать тебя и Киркера на полоски и растянуть отсюда до самого Санта-Фе. Если бы вы не сумели уложить их одним махом, нам не довелось бы больше нюхать вашу вонищу.

Длинноногий взмахом руки подозвал майора Шевалье, который прохаживался поблизости и, похоже, чувствовал себя довольно неуютно. Майор вынул из кобуры пистолет — так он всегда поступал в затруднительных положениях. С пистолетом в руке, считал он, всегда можно прийти к нужному решению и достичь результата довольно быстро.

— Эти подлые псы, майор, убили мексиканцев, — начал Длинноногий. — Они, видимо, зашли поужинать в какую-то семью, а потом поубивали всех, да еще и сняли с них скальпы.

— Если это так, то поступили они совсем не по-соседски, — назидательно произнес майор Шевалье и посмотрел на скальпы, но не притронулся к ним.

— Эти волосы не индейцев, — обратил его внимание Чадраш. — Волосы индейцев пахнут индейцами, не так, как эти. Эти волосы принадлежат мексиканцам.

— Нет, это волосы команчей, и вообще идите вы к черту, — выкрикнул Киркер. — А если вам нужны доказательства, то я могу представить их.

У беззубого Киркера имелось три пистолета и нож, да еще он всегда держал наготове ружье, которое и на этот раз было на взводе.

— Осади, Киркер, — произнес майор. — Я не потерплю скандала в моем отряде.

— Скандал, черт тебя подери? — заорал Киркер. Когда он злился, лицо его багровело, а у носа проступали голубоватые прожилки. — Да я прикончу их на месте, если они не оставят мои скальпы в покое, — добавил он.

Глэнтон прикрыл глаза, но руки с рукоятки пистолета не снимал, тем не менее Длинноногий и Чадраш на этот жест не обращали никакого внимания.

— Не пахнет жиром, майор, — стал пояснять Длинноногий. — Индейцы смазывают свои волосы жиром — возьми скальп команча, и тебе на руки закапает жир. Киркер и врать как следует не умеет. Если бы он хотел обдурить нас, помазал бы волосы жиром. Думаю, что он к тому же еще и лентяй.