— Сэкетт, — ответил я и услышал звук отодвигаемого засова.

Дверь чуть приоткрылась, и я протиснулся в узкий проем.

— Ты не Янс. — Человек за дверью оказался невысоким, коренастым, но крепкого сложения мужчиной с честным открытым лицом.

— Он ждет, — сказал я, — вместе с Тенако.

— Вот как! — Мне показалось, что он вздохнул с облегчением. — А то ходят слухи, что он мертв. Говорили, пекоты убили.

— Он был ранен, — уточнил я, — я сам доставал у него из раны пулю. А что, у ваших индейцев и мушкеты имеются?

— Мало у кого. — Он обернулся и сделал приглашающий жест, указывая на скамью у стола. — Садитесь. Может быть, поесть чего-нибудь?

— Не отказался бы, — согласился я.

— Мы ждали, что придет Янс, — вступила в разговор миловидная женщина. Она глядела на меня с откровенной тревогой.

— Он здесь, но мы подумали, что, возможно, не все тут будут рады его возвращению. Поэтому пошел я.

— Если бы кто-нибудь узнал, вам бы тоже угрожала опасность.

— Я не собираюсь задерживаться, — ответил я, — а потому попрошу вас рассказать, как все случилось.

— Они пошли в лес, — сказала женщина. — Керри была очень привязана к Диане Маклин. Диана много ей рассказывала о целебных травах, и они вместе пошли их собирать.

Они были на лугу, это совсем недалеко отсюда. Диана и раньше часто уходила в лес и в луга, и Керри тоже бывала там с нею.

— Я этого никогда не одобрял, — раздраженно заметил глава семейства. — И ты это знала.

— А мне нет никакого дела до того, что болтают люди! — резко ответила матушка Пенни. — Мне она нравится. Они злятся на нее за то, что она ни от кого не зависит и у нее есть свое мнение.

— Не только за это, — сказал Пенни. — У нее дурной глаз, а потом все эти ее травы и книги, которые она читает.

— Маклин, между прочим, тоже читает книги. Однако о нем ты ни словом не обмолвился!

— Он мужчина. Мужчине это позволительно, хотя я и не одобряю этих его книг. Все это грех и ересь.