В течение одного года из засады застрелили двух ковбоев с «Наклонного Р» и угнали более тысячи голов скота. Владельцы небольших ранчо, которые прежде едва сводили концы с концами стали богатеть, стада их множиться, и скота они продавали больше. При жизни старика Ронсона его люди следили за порядком в городе, теперь же здесь расплодились бездельники и разные прихлебатели, у которых водились деньги и которые, судя по всему, знали, где их раздобыть.

«Золотой участок» процветал, немало беспокойных глаз задумчиво посматривало на дилижансы, ежемесячно вывозившие грузы золота. Стада семьи Ронсонов, многочисленные прежде, сильно поредели. Дело дошло до схваток скотокрадов между собой: однажды ночью застрелили четырех известных воров.

Когда маленькие шахты начали окупать себя, принялись и за них: с двух не успели вывезти золото, и их ограбили. На другой бандиты в масках избили двух рабочих и отняли всю добычу. Убили старателя, чтобы забрать снаряжение. На окраине города захватили грузовой фургон и убили погонщика. Спокойный городок, некогда управляемый жестокой рукой Ронсона, превратился в буйное, не признающее законов, почти неуправляемое скопище людей. Предшественника шерифа Хэдли убили выстрелом в спину прямо в городе.

— За этим кто-то стоит, — предположил Хопалонг. — Кто управляет Семью Соснами?

— Да никто. Раньше владельцы ранчо обычно поступали так, как велел Ронсон, а последнее время все больше прислушиваются к Пони Харперу.

— Торговцу лошадьми?

— Да, к тому самому, у него ранчо и конюшня в городе. Он торгует и скотом. Конечно, у нас есть еще шериф Хэдли и доктор Марш.

По деревянному тротуару крыльца простучали чьи-то шаги. Кейти выглянула в окно.

— А вот и Кларри Джекс, — сказала она, отходя от Хопалонга. — Те, кто приехал в город недавно, слушаются именно его.

Прежде чем Кэссиди успел спросить, что она имеет в виду, дверь отворилась, и в комнату вошли двое мужчин. Один из них был коренастый, кривоногий. Лицо смуглое, чернобровое с глубоко посаженными черными глазами. Но внимание Хопалонга привлек второй.