— Спасибо, парни, сказал Рейф. Похоже, у меня появились работники. Ближайшие несколько дней держите скот в хорошо огороженном месте. Я еду к Раскрашенной Скале в Пайнтед-Рок.

— Этот город принадлежит Баркову, сообщил Джилл. Стоило бы слегка прощупать Баркова и Шюта. Кое-кто из парней намекал у костра, что здесь ценностей куда больше, чем видно на поверхности. Этот Брюс Барков тут большая шишка, но если приглядеться, то кое-что не сходится.

— Может быть, предложил Рейф, поедешь со мной? Пусть Текс и Марш управляются со скотом, Карадек повернул лошадь к Пайнтед-Року. Он проникся симпатией к маленькому скотоводу почти сразу же, а потом и зауважал его на борту Мэри С . За недели, прошедшие после бегства с судна, Рейф столько времени посвятил обдумыванию проблемы ранчо Родни, что она стала как бы его собственной.

Сейчас наихудшие опасения Родни, казалось, подтвердились. Семья, очевидно, покинула ранчо, и им завладел Дэн Шют. Оставалось узнать, существовала ли какая-либо связь между Шютом и Барковым, но Карадек знал, что болтовня у походной кухни частенько имеет под собой основания, а ковбои зачастую видят людей лучше, чем те, кто судит о них по показному поведению в городе.

По дороге в Пайнтед-Рок Рейф с любопытством изучал окрестности и слушал Джони Джилла. Маленький техасец проработал здесь два сезона и знал этот край лучше многих.

Пайнтед-Рок оказался обычным ковбойским городом. Двойной ряд обветренных, украшенных декоративными фасадами каменных и бревенчатых домов, большая часть которых никогда не знала краски; двухэтажный отель и приземистое каменное здание с вывеской Пайнтед-Рокский Банк. На улице стояли две тележки и фургон на рессорах, а у коновязи привязано с дюжину верховых лошадей. Их владельцы, судя по всему, расположились в салуне Националь.

Джилл подъехал к коновязи, слез на землю и через седло посмотрел на Карадека.