— Босс, в голосе Джилла зазвучало беспокойство, не делайте этого. Стоит вам до нее дотронуться, и она завопит, как черт. Тогда я гроша ломаного не дам за наши жизни.

Рейф шагнул к девушке и улыбнулся.

— Я хочу подлатать вашу ногу, мягко сказал он. Не бойтесь.

Индеанка молчала, глядя на него; Рейф приблизился и опустился на колени. Девушка отпрянула от его прикосновения, и тогда Карадек заметил зажатый у нее в руке нож. Он улыбнулся и осторожно прикоснулся к месту перелома.

— Найди-ка пару палочек, Джилл, попросил он. У нее плохой перелом. Чуть тряхнет и может порваться кожа.

Все так же осторожно он совместил кости. Девушка не проронила ни звука, ничем не дала понять, что ей больно.

— Ну и нервы, однако, пробормотал Рейф. Взяв срезанные Джиллом палочки, он примотал их к ноге.

Когда они с Джонни посадили девушку на лошадь, Джилл спросил на языке сиу:

— Далеко до индейского лагеря?

Она взглянула на него, затем перевела взгляд на Рейфа и заговорила, обращаясь исключительно к нему. Джилл усмехнулся.

— Она говорит, что разговаривает с вождем. Это вы, Рейф. Лагерь примерно в часе езды к юго-западу, в холмах.

— Скажи, что мы доставим ее почти до места. Рейф вскочил в седло, и они повернули лошадей назад, на тропу. Карадек ехал впереди, за ним сквау и вьючная лошадь; Джонни Джилл с винтовкой поперек седла замыкал процессию. Проехав не больше мили, они услышали голоса; из-за поворота появились трое всадников и круто осадили лошадей. Лица у всей троицы грубые, бородатые; поначалу они уставились на Рейфа, потом перевели взгляды на девушку. Та неожиданно резко вздохнула; глаза Карадека сузились. К ним, усмехаясь, приблизился рыжебородый всадник.

— Вижу, ты заполучил нашу голубку? Мы уже пару часов за ней охотимся. Хороша штучка, верно?

— Да, поддержал его стройный мускулистый человек с острыми чертами лица и сигаретой, прилипшей к губам, хорошо, что вы ее нашли. Сейчас мы вас от нее освободим.