Маленький ковбой остановился, дав своим слушателям время обмозговать сказанное. Первым опомнился Большой Сэм.

— Ты предлагаешь, — сказал он тяжёлым скрипучим голосом, как у простуженного осла, — чтобы мы заперли ковбоев в Ред-Рок-Коррал и поморили их голодом, пока они не согласятся оставить нас в покое? Ну знаешь, ковбой, ты глупее, чем кажешься, и самодовольнее, чем прорезавшийся зуб! Думаешь, ты нам нужен трепаться про атаку? Это ж ковбойские штучки! Их нельзя провернуть без того, чтоб не покалечить, а может, даже и погубить людей. Ребята, — повернулся он к остальным, — он просто морочит нам голову. Давайте сюда верёвку!

— Нет! Постойте! — закричал Айсли, слабо взмахнув рукояткой кирки. — Я ещё не кончил.

— А я говорю, кончил! — прорычал Большой Сэм, надвигаясь на него.

Но, как и раньше, он не коснулся Тома Айсли. Ибен поднял тонкую, бледную руку, и Большой Сэм остановился, будто натолкнулся на невидимую стену.

— Какого дьявола?! — пробормотал он, испуганно потирая лицо. — У меня, видно, шарики за шарики заходят! Что-то так здорово врезало меня по носу!

— Это ваша совесть, — улыбнулся Ибен. — Он ещё не всё сказал. Правда, Айсли?

Ковбой обескураженно покачал головой.

— Чёрт побери, не спрашивай меня, Иб! Это ты чревовещатель.

— Говори, — кивнул его друг, — и ничего не бойся.

— Ну что ж, — согласился Айсли. — Я раскрою рот, и мы посмотрим, что из этого получится. Но я ничего не обещаю.

Большой Сэм, всё ещё потирая свой нос, свирепо глянул на него.

— Постарайся, чтоб получилось что-нибудь стоящее, а то я обещаю: вышвырну из города, так что землю носом взроешь. Ты меня совсем запутал, я теперь хуже слепого пса в мясной лавке. Даю тебе минуту, и если ты за это время не выдашь мне солидную кость, я разобью к чёрту твою конуру.