— Надеюсь, они клюнут, — мрачно сказал Чантри.

— Они клюнут, Борд. Спорю на что угодно. Их лошади до сих пор пасутся у тебя?

— Да.

— Они приедут, Борд. Но на этот раз их ожидает сюрприз.

В массивном каменном доме на вершине каньона Тодстул Бен Карри, тяжело откинувшись на спинку стула, задумчиво рассматривал открывающийся перед ним вид. Дверь была распахнута — стоял прекрасный день, но настроение Бена оставляло желать лучшего.

Его грубоватое лицо, до сих пор еще гладкое, казалось, было высечено из того же камня, что и дом. Однако львиная грива волос, венчавшая его голову, уже поседела. Да, ничего не поделаешь, он стареет. Даже такая весна, как эта, не может зажечь былой огонь в его крови. Прошло уже много лет с тех пор, как он сам ездил на одно из тех дел, которые так блестяще планировал. Пора уходить на покой.

И все же Бен Карри чувствовал неуверенность, странную для человека, который всю жизнь моментально принимал правильные решения. Вот уже шесть лет он был верховным правителем в этом краю гор и пустынь. Двадцать лет он был преступником и в течение пятнадцати из них руководил группой, которая все разрасталась и теперь сама напоминала империю.

Шесть лет назад он перебрался в это отдаленное место и построил крепость — базу для своих операций. С юга долину огибал Гранд-каньон реки Колорадо, полностью перекрывая доступ с этой стороны. С востока, севера и запада долину окружала дикая местность, преодолеть которую совершенно невозможно, если не знать индейских троп.

Брод возле Ли-Ферри был хорошо известен, но о следующем — он находился чуть дальше — мало кто знал. Оба эти места день и ночь находились под его наблюдением.

Но был еще один переход, совершенно особый, и знал о нем только Бен. Это был его козырной туз в рукаве.

В банде существовало незыблемое правило: никакой противозаконной деятельности к северу от долины — на землях мормонов.