Вряд ли я смогу вам помочь, сержант, сказал я. Этого человека я раньше никогда не видел.

Да я и не очень-то на это рассчитывал, сказал Райли, все еще не опуская глаз с трупа. Как вы думаете, почему он искал встречи с вами?

Обычное дело. Ко мне обращаются разные люди. Одни хотят обсудить со мной какую-нибудь из моих книг, но чаще просят помочь с изданием своих. Редко, но бывает: приходит человек, и его рассказ становится сюжетом моего нового романа.

Вам что-нибудь говорит имя Альварес?

Очень жаль, но ничего.

На этом можно было бы поставить точку, и я уже собирался отправиться в номер и снова забраться в постель. Впереди был трудный день, затем долгий перелет, а я ощущал жуткую усталость.

Но все было совсем не так просто. Когда я проходил мимо окна дирекции мотеля, дежурный, заметив меня, постучал в стекло, и я зашел внутрь.

Тут просили вам передать, мистер Шеридан. Еще вчера, но я не заметил, когда вы вечером вернулись в мотель.

Он протянул мне несколько листков бумаги. Телеграмма от издателя, напоминающая о предстоящей встрече через десять дней в Беверли Хиллз. Извещение о телефонном звонке от одной газетной дамы, намеривающейся написать обо мне статью, и, наконец, записка, написанная незнакомым корявым почерком:

"У меня для вас есть информация. Буду в мотеле в час ночи.

Мануэль Альварес".

Я вышел на воздух. Райли собирался уже сесть в машину, но остановился, когда я его окликнул. Он бросил взгляд на записку, выслушал мое короткое пояснение и спросил:

А почему именно в час ночи?

Тут я вам не помощник. Как я уже сказал, раньше я с ним никогда не встречался. Да и вряд ли это играет роль. В моем деле мне приходится сталкиваться с разными типами.

Можно забрать записку?