Билл устроился у стойки, держа стакан с выпивкой большим и указательным пальцами. Вдруг створки двери, похожие на крылья летучей мыши, распахнулись, и он услышал, как по дощатому полу застучали подбитые железом каблуки. Не рассчитывая встретить знакомых в этом городе, Билл не обернулся и даже не бросил беглого взгляда через плечо. Еще мгновение он разглядывал выпивку, а затем залпом осушил стакан. Кеневен никогда не имел ничего общего с теми, кого принято называть «выпивохами», и сильно напиваться нынешним вечером тоже не собирался.

Шаги затихли у него за спиной, и решительный, дерзкий голос спросил:

— Это вы приехали сюда на быстром аппалузе?

Билл развернулся вполоборота. Не требовалось особой проницательности, чтобы догадаться, что стоявший перед ним высокий, хорошо сложенный молодой человек с волевым подбородком, очень похожий на свою сестру, не кто иной, как Том Винейбл. Только, видимо, в своих действиях он был еще решительнее и напористее, чем она.

— Именно так. Я хозяин того мерина, — кивнул Кеневен. — И кое-кто действительно находит, что он быстрый

— Моя сестра ждет на улице. Она желает с вами поговорить.

— А я не желаю разговаривать с ней. Можешь ей так и передать. — Билл задумчиво взглянул на бутылку, решая, не выпить ли ему еще стаканчик.

Далее события разворачивались столь стремительно, что, не ожидая ничего подобного, какое-то мгновение Кеневен оказался застигнутым врасплох. Сильная рука железной хваткой вцепилась в его плечо и развернула. Том Винейбл гневно глядел на него.

— Я сказал, моя сестра желает с тобой говорить!

— А я отвечаю, что не желаю с ней разговаривать, — медленно произнес Билл, отчетливо выговаривая каждое слово. — Теперь убери руки и никогда больше так не делай!

Еще никогда Том Винейбл не отступал ни перед кем. Он приехал на Запад из восточных штатов и, благодаря лишь большому желанию, а также присущей его характеру энергии и напористости, завел себе собственное ранчо в этом скотоводческом крае. Но сейчас он вдруг понял, что до сих пор ему не приходилось сталкиваться с человеком, подобным тому, что стоял перед ним. Ощутив на себе его спокойный взгляд, он почувствовал, как внутри у него что-то перевернулось, будто бы, продираясь сквозь заросли, он раздвинул кусты и встретился взглядом с затаившимся за ними львом.