Мэри устала. Она была голодна, но не было сил даже поесть. Она подкрутила фитиль, прошла в комнату, где спала Пег, и прилегла рядом с ней.

Завтра ее ждет уйма дел. Сначала убрать тут грязь, которую оставил после себя Скант Лутер, потом организовать, и как можно эффективнее, обслуживание дилижансов, кормежку пассажиров и отправку их в путь. Хорошо бы посмотреть на какую-нибудь другую станцию по Тропе Чероки, поучиться, как там все делается.

В темноте человек по имени Бун был всего лишь еще одной тенью среди множества теней, отбрасываемых конюшней, корралем и домом через дорогу. Слышны были только звуки, издаваемые лошадьми, и его слух машинально отделял эти слабые шорохи от других, готовясь воспринять иные звуки, если они вдруг появятся. Он сидел на углу корраля, там, где сгущались тени, поставив ружье между ног и прислонив дуло к плечу.

Долгое время стояла тишина, только слабый ветер шелестел листвой, но был он такой легкий, что не помешал бы слышать самые осторожные шаги.

Затухающие угли в камине отбрасывали неяркие красноватые блики, притушенная лампа горела слабым желтоватым светом. На улице шелестели листья, и Мэтти, ворочавшейся на своей кровати, снился шум морского прибоя, разбивающегося о песчаный берег Керри.

Мэри Брейдон проснулась совершенно неожиданно. Глаза ее широко открылись, но она лежала неподвижно, настороженно прислушиваясь.

Сначала не было слышно ничего, кроме бульканья кипящего чайника на огне. С того места, где она лежала, Мэри увидела в слабом свете притушенной лампы, как приподнялась дверная щеколда. Приподнялась и опустилась. Потом на дверь навалились, но она не поддалась.

Мэри Брейдон отбросила одеяло и свесила ноги на пол, нащупывая шлепанцы. Потом встала и надела платье.

Что там говорила Мэтти? Все можно использовать как оружие. Хотя много воды выкипело, чайник был наполовину пуст, кофейник — тоже.

Кто-то пытается проникнуть в дом. Скант Лутер? Возможно. Или Темпль Бун? В конце концов, что она о нем знает? Почему он остался? Действительно ли он хотел помочь или просто…