Положив сообщение на стол, он сказал, уставившись на О'Брайена:

— Ну что ж, новости неплохие! Время нашего прибытия? Хотя бы приблизительно, майор?

— Учитывая, что весь состав тянет один локомотив... — О'Брайен быстро прикинул в уме. — Пожалуй, часов тридцать, сэр. Могу поинтересоваться мнением Банлона.

— Нет необходимости. Я тоже так думаю, — он повернулся к Фергюсону.

Слышали? Сообщите им...

— Мой отец? — вырвалось у Марики.

Фергюсон утвердительно кивнул и отстукал сообщение. Выслушав ответ, он ослабил наушники и сообщил:

«Жду вас завтра днем. Полковник Фэрчайлд здоров».

Марика облегченно вздохнула и улыбнулась, а Пирс попросил:

— Нельзя ли передать полковнику, что я еду с этим поездом, чтобы арестовать Кэлхауна?

В аппаратной форта Гумбольдт Сепп Кэлхаун тоже улыбнулся, но не потому, что почувствовал облегчение. Он и не пытался скрыть злобную радость, с какой он передал телеграфный бланк седовласому полковнику кавалерии Соединенных Штатов.

— Честное слово, полковник Фэрчайлд, лучше и не придумаешь! Они едут, чтобы арестовать бедняжку Сеппа Кэлхауна! Что мне теперь несчастному делать?

Фэрчайлд прочел сообщение, но не проронил ни слова. Он с презрением разжал пальцы и листок упал на пол. На мгновение Кэлхаун замер, но в следующий момент уже вновь заулыбался. Сейчас он мог позволить себе улыбаться. Он посмотрел на четверых окружавших его бандитов и сказал:

— Полковник Фэрчайлд вероятно голоден. Уведите его! Пусть доедает завтрак!

— А теперь постарайтесь связаться с Риз-Сити, — приказал Клэрмонт.

Выясните, нет ли у них каких-нибудь сведений относительно пропавших капитана Оукленда и лейтенанта Ньювелла.

Фергюсон попробовал связаться, но передав сообщение раз двенадцать, доложил:

— Кажется, мне с ними не связаться.

— Никого нет на приеме, не так ли?