— Вы хотите сказать, что у вас есть враги?

— Враги? — губернатор переспросил это таким тоном, который был весьма похож на рычание. — Покажите мне губернатора западнее Миссисипи, который бы утверждал, что у него нет врагов, и тогда я покажу вам отъявленного лжеца!

Марика нерешительно посмотрела на него и перевела взгляд на широкую спину О'Брайена. На ее личике появилось выражение недоверия. Она хотела что-то сказать, но передумала, так как в этот момент майор и шериф, держа стаканы в руке, направились обратно к столу. Теперь они говорили серьезно, а Пирс даже раздраженно. О'Брайен старался сохранить примирительный тон.

— Но вы же знаете, О'Брайен, что за человек этот Сепп Кэлхаун, черт возьми! — возмутился Пирс. — Если кто и заслуживает виселицы, так это он.

Он убивал, грабил почтовые кареты и поезда, подстрекал к вооруженным распрям, продавая оружие и виски индейцам!

— Мы все знаем, что это за тип! — примирительно произнес майор. — Да, Кэлхаун заслуживает виселицы в первую очередь. И он все-таки попадет на виселицу!

— Сперва он должен попасть в руки закона. А закон — это я, а отнюдь не вы и не ваша компания. И он уже там под стражей! В форте Гумбольдт...

Все, чего я хочу, это забрать его. Добраться туда вашим поездом, а обратно — на ближайшем.

— Вы же слышали, Натан, что сказал полковник, — О'Брайен смущенно повернулся к полковнику. — Как вы думаете, сэр, мы не могли бы отослать этого преступника из форта Гумбольдт в Риз-Сити под вооруженной охраной?

— Это можно, — без колебаний ответил Клэрмонт.

Пирс холодно взглянул на него и процедил сквозь зубы:

— Вы, кажется, говорили, что это не армейское дело?

— Конечно? Но вам я пойду навстречу. Либо так, либо вообще никак, шериф, — он вынул из кармана часы и с раздражением уставился на них. — А что с этими проклятыми лошадьми? Их уже накормили и напоили? О, боже ты мой, если в сегодняшней армии что-то нужно сделать, то это приходится делать самому. — Он оттолкнул стул и поднялся. — Извините, губернатор, но через полчаса мы отправляемся. Я скоро вернусь.