— Фортуна изменила вам, — сказал Кенет, — угодно ли вам сознаться в вашей несправедливости?

Марк не давал ответа, зубы его стучали, все тело сотрясала нервная дрожь.

— Угодно ли вам принести извинения? — настаивал Айверсон, наводя пистолет.

— Мне просить прощения? Что еще выдумали! — сказал Марк, выдавливая насмешливую улыбку.

Его взор умолял Криса о помощи, но Ник Уинфлз не спускал с того глаз.

— Тогда готовьтесь к смерти.

Крупные капли пота выступили на лбу Морау. Последний час пробил для него; но в эту минуту, в эту страшную минуту, удар по руке заставил Кенета выронить пистолет, и в то же время мелодичный, хотя суровый голос произнес:

— Убийства не будет, ни на деле, ни по согласию.

Молодой человек оглянулся с удивлением.

Перед ним стояла Сильвина Вандер.

Пользуясь замешательством Кенета, Марк Морау поспешно уходил в сопровождении своих спутников.

Стоит ли говорить, что Айверсону и в голову не пришла мысль преследовать беглецов.

Глава V

ВЕРТЕП

Немного прошло дней после описанных событий. Степи Северной Америки быстро покрывались растительностью под животворными лучами майского солнца. Приближалась минута, когда отряд трапперов должен был выступить в поход в края, пригодные для охоты; во всем лагере царствовало веселье.

Кенет уже много раз старался поближе познакомиться с Сильвиной; но из кокетства или нежелания молодая красавица как будто не замечала его. Это задело молодого человека за живое, и вскоре ему пришлось сознаться себе, что он всей душой полюбил прелестного ребенка.

Однажды утром он по привычке выехал прогуляться по окрестностям. Замечтавшись, он очутился за несколько миль от лагеря, не обращая внимания, по какой дороге скачет его конь. К десяти часам он выехал на очаровательную лужайку, заросшую цветами, через которую протекал сверкающий ручей. Все в этом убежище приглашало к отдыху.