В 2.30 адмирал Ямагути приказал кэптену Томео Каку, командиру авианосца «Хирю», собрать оставшихся в живых членов экипажа на верхней палубе. Собралось около 800 человек. Под ярким лунным светом адмирал Ямагути прощался со своим личным составом: «Как командир дивизии авианосцев, я один несу полную ответственность за гибель авианосцев «Хирю» и «Сорю» (авианосец того же типа. – Авт.). Я останусь па борту до конца. Я приказываю всем вам покинуть корабль и продолжать преданно служить императору Японии».

Кэптен Каку приказал спустить флаг Страны Восходящего Солнца. Горнисты сыграли национальный гимн. По окончании этой церемонии адмирал Ямагути и кэптен Каку пришли к обоюдному согласию: эскадренные миноносцы под командованием кэптена Абэ должны торпедировать авианосец «Хирю», чтобы его не захватили американцы. Они также приняли решение, что только они, из всех оставшихся офицеров на борту авианосца, должны погрузиться в морскую пучину вместе с кораблем.

Как только два командира произнесли столь печальные слова прощания, матросы принялись перебираться на эскадренный миноносец «Кадзагумо», пришвартовавшийся к авианосцу. Оставшиеся на борту офицеры молча, без каких-либо речей, выпили по символическому глотку воды из бочки, что им раньше на борт передал кэптен Абэ. Потом они начали переходить на эсминец. Коммандер Ито, старший офицер штаба дивизии, спросил адмирала Ямагути, является ли его решение окончательным, на что адмирал ответил; «У меня пет слов, чтобы оправдаться за все, что произошло. Я желаю только одного: чтобы ВМС Японии стали еще сильнее и отомстили за нас…». Он вручил на память свою черную корабельную фуражку коммандеру Ито. В свою очередь этот офицер передал (17) адмиралу кусок прочной материи, которым можно было привязать себя к чему-нибудь на мостике и выполнить последнее желание – уйти на дно океана вместе с кораблем.