У отца были гости: директор школы, врач Ольга Васильевна, Лещанин, дядя Макар и Антонина Михайловна Соколова, или тетя Тоня, которая теперь жила у Будников вместе с сыном Валериком. Костя хорошо знал всех, кроме дяди Макара. Говорили, появился он в Телякове в первые дни войны. Часто заглядывал дядя Макар к отцу. В такие часы не было слышно в кузнице стука молота о наковальню. Мужчины тихо разговаривали.

Обычно, когда в их доме собирались эти люди, отец говорил Косте: «Иди, сынок, погуляй по двору. Если кто чужой будет идти, предупредишь». Костя догадывался, какое общее дело объединяло гостей кузнеца. «Эх, папа, папа, — думал он в такие минуты, — и чего вы таитесь от меня? Военные люди доверяют, а вы — нет», и утешал себя: «Хотя, если бы не доверяли, то не просили бы покараулить…»

Костя подошел к хате, уселся на завалинке под окном.

Высоко в небе плыли редкие облака. Замерла, застыла в полуденном зное высокая береза у дороги. Завод, непривычно молчаливый, тоже застыл, будто затаился. Одни неутомимые ласточки черными зигзагами чертили синеву.

До Костиного слуха донесся низкий голос дяди Макара:

— …Первое. Приказ немцев об уборке колхозного урожая надо выполнить. Но по-своему. Фашисты хотят вывезти хлеб в Германию. Поэтому задача будет такая: часть урожая пусть колхозники в свои хлева свозят, а остатки — в колхозный амбар. Тогда с ним и порешим. Второе. Считаю, что с бойцами группы Уколова, которые действуют на шоссе Минск — Слуцк и базируются где-то в наших лесах, должна быть налажена связь.

— Они очень осторожны и не каждому доверяются, — послышался голос Лещанина.

— И правильно делают, — ответил дядя Макар. — Однако видели же с ними местного подростка лет четырнадцати! Значит, держат связь с населением. Вероятно, это кто-то из твоих учеников, директор?

— Очень может быть, — засмеялись в ответ. — Есть отчаянные мальчишки.

— Уколовцев узденская жандармерия ищет. Дали они жару немцам возле Долгинова.