как говорил еще Карл Клаузевиц, «армия, гордая сознанием одержанных побед, которая и на краю гибели, после поражения, сохраняет силу послушания и не утрачивает уважения и доверия к своим начальникам, армия, физические силы которой закалились среди лишений и трудов, как мускулы атлета, и которая смотрит на эти напряжения как на средство, ведущее к победе, а не как на проклятие, тяготеющее на ее знаменах, армия, которой о всех этих обязанностях и добродетелях напоминает короткий катехизис, состоящий всего из одного лозунга — лозунга о чести ее оружия, — такая армия действительно проникнута воинским духом». Так не на его ли разрушение направлены сегодня осадные орудия средств массовой информации обывательского общества?

Это — вопрос, проходящий через всю предлагаемую читателю книгу. Во взглядах ее авторов — философов, писателей, служивых людей, пришедших на страницы сборника из разных лет И из разных жизненных опытов, — есть то, что можно отвергнуть, с чем — поспорить, с чем — сразу согласиться. Есть даже военная, если так можно выразиться, необученность. Мы брали уже опубликованное таким, каким оно известно довольно широкому кругу читателей. Однако в материалах книги нет лишь равнодушия и лицемерия. Потому и жива надежда, что наша книга подвигнет читателя к честным и мужественным раздумьям о судьбах Отечества и его армии. О том, что может случиться, если ее предадут.

Владимир Соловьев

Из разговоров о войне

В саду одной из тех вилл, что, теснясь у подножия Альп, глядятся в лазурную глубину Средиземного моря, случайно сошлись этою весною * * *

Генерал (взволнованный, говорит, вставая и снова садясь и с быстрыми жестами). Нет, позвольте! Скажите мне только одно: существует теперь или нет христолюбивое и достославное российское воинство? Да или нет?

Политик (растянувшись на шезлонге, говорит тоном, напоминающим нечто среднее между беззаботными богами Эпикура, прусским полковником и Вольтером). Существует ли русская армия? Очевидно, существует. Разве вы слышали, что она упразднена?