Ю ар из э ами нау, бля… вот так то.
Я, конечно, ни хуя не понял из сказанного сразу… ну, или почти ничего. Вопросов на кончике языка — просто гора, и я уже открываю было рот, но тут…
— МАМА, ВСЁ ОКЕЙ, НА ХУЯ НАМ ЮЭСЭЙ!!!!! — разухабисто орут дурниной из-за плеча. Я аж вздрагиваю.
— О!!..Лёх… знакомься… это Виталик… он твой сосед…. правда, ненадолго, — Андрей тыкал пальцем в тело, которое до этого момента спало под кителем. Тело сидит на кровати, и с первого взгляда ясно, что оно поднялось, но ни хуя не соображает. Михаил протянул телу стакан с водкой… тело, давясь, заглатывает протянутую ханку… опять громко орёт, ни к кому не обращаясь, про «юэсэй», и рушится обратно в койку…
— Четвёртый день, говорят, пьёт, — ухмыльнулся Андрей, — ему бумага пришла… в адъюнктуру пробился… молоток, уёбывает отсюда… радуется, типа… Лёх? Ты чего?? Не залипай… это только начало… гыгыгы…
Бурый — Андрей Бурцев. Лучшая рота в бригаде. Алкаш и дебошир. Самодур и забияка. Он уехал служить в другую часть спустя три месяца после нашего знакомства. Его роту угробили через два месяца после его перевода. Массовый побег семи уебанов, закончившийся тем, что эти долбоёбы вышли к какой-то богом забытой деревне, и за ради Христа попросили пожрать. При Андрее были только сломанные ебальники и лучшие показатели по стрельбам и прочей боевой шняге. Но смерть бойца на учениях обосрала ему все, и он уехал куда-то на север. У нас многоанусная страна, если чо. Вот так. Жал, ь не многоБурцевская. Повывели безвременьем.
Андрей показал мне, где магазины обычные, и где — ночные магазины. Это очень важно знать, на самом деле, ибо тут валютой был Пузырь. Через Пузырь решалось абсолютно всё. Причём, в армии не действует понимание «я те бутылку, а ты мне то-то». Так вопросы не решаются. Приди по-людски, налей. Обсуди, как корабли бороздят где-то и кого-то, а там и решай вопрос. Чего тебе? Аккумулятор ли, мешок картошки ли — без разницы. Малоинтересен ты в разговоре? Приноси две бутылки, и пей молча. Всё развлекалово тут только в общении, а без водки это уже не общение, а тоска и обнажённые нервы.