— Да-а, Малый!.. А будка-то у тебя — будь здоров!

Под лёгкие смешки окружающих сержант Ермаков выдал ещё одну подначку.

— Если уж на то пошло… То по тебе надо из гаубицы лупить!.. Чтобы ты поглубже в землю зарылся и лучше замаскировался…

В курилке послышался негромкий смех…

— Ну, конечно! — с обидой сказала голова из окошка и медленно исчезла в глубине казармы.

— Куда ты? — рассмеялся Кар-Карыч.

Но Коля Малый уже отправился по своим делам дневального по первой роте, а потому на окрик сержанта Сорокина никто не отозвался.

Когда дембеля забили все свои магазины патронами, они ушли в тёплое помещение. А наша зелёная военная молодёжь осталась в курилке, чтобы завершить насущные дела по подготовке оружия и боеприпасов. Четверо пулемётчиков, в том числе и я, продолжали монотонно забивать в бесконечные ленты патроны, которые никак не уменьшались в своём количестве. Кое-кто из автоматчиков уже закончил снаряжать свои магазины и теперь просто сидел на лавке с сигаретой, спрятанной в согнутой ладошке. Остальные по-прежнему трудились почти что не покладая рук. Правда, немного медленнее. Ведь старших наших товарищей рядом уже не наблюдалось. А значит и подгонять нас было некому…

— А мы в сентябре на одном облёте были. — важным тоном произнёс Вовка Сальников, откладывая в сторону полный магазин. — Вот там-то Брест показал себя во всей красе.

— Как это? — неторопливо поинтересовался Лёха Шпетный.

— Щас!.. — изрёк свидетель боевой славы замкомбата, достав из кармана пачку сигарет и отыскивая спички.

Мы продолжали работать и всё же ждали… Чего же нам сейчас могут рассказать о том самом Брестлавском…

Разведчик-автоматчик Володя Сальников был одного с нами призыва. Однако мы попали в Чирчикский учебный полк спецназа, где нас полгода готовили к отправке в Афганистан. А вот новобранцу Сальнику повезло чуток поменьше — он оказался в Ашхабаде, то есть в трёхмесячной пехотной учебке, после окончания которой его сразу же перебросили «за речку».