Два воина, вытирая слёзы и хлюпая носами, претворяют это решение в жизнь. Мимо них, уже к концу разделки туши, проходят Болек и Владик Богомольцев. От нечего делать останавливаются и суют руки в карманы.

В этом месте опять следует сделать маленькое отступление, чтобы охарактеризовать старшего лейтенанта Богомольцева, добрейшей души человека, перенявшего фамилию и, соответственно, характер ещё от богомольных предков.

Однажды увидев тяжелейшую сцену, где две аварские женщины чуть не бьются о стену, оплакивая молодого парня с простреленной головой, отошёл подальше, чтоб никто не слышал, и, закуривая сигареточку, как бы невзначай, произнёс: «Да… Парень явно пораскинул мозгами».

У всех бойцов, которые это услыхали, кошки на душе стали как-то меньше скрести. Внешне всегда очень спокойный, своё обычное внутреннее состояние как то показал раздирающими жестами.

Когда всю ночь на блоке слышно бесконечное «Вжик-вжик, тьфу-тьфу, вжик-вжик!» — это значит, на посту находится Влад, который правит свой нож.

Итак, засунули они руки в карманы и Болек, посмотрев на результат кровавой резни, изрекает:

— Господа, а вы знаете, согласно науке об анатомии, организм свиньи очень напоминает человеческий. Ну, прям, один к одному.

Живодёры, от крайней степени заинтересованности, аж прекращают разделку, приподымаются с корточек и в тон Болеку:

— А вы, Болек, знаете сколько умников это уже сегодня сказало?

Болек, чтобы не терять лица образованного доктора, затирая своё смущение, но всё-таки в тему, сообщает:

— И вообще, человеческий организм на девяносто процентов состоит из воды!

Пока садисты размышляли, что бы такое-эдакое ответить, Владик, не раздумывая, делает резюме:

— А остальные десять процентов можно спустить в очко!