Ведь мы боремся против тирании, а не против армии. Поэтому мы предлагаем армии порвать с позорным и ненавистным режимом, когда—либо угнетавшим нашу родину. Дилемма, стоящая сейчас перед армией, ясна: либо сделать шаг вперед, отбросив полностью разложившийся режим Батисты, и соединиться с народом, либо обречь себя на самоубийство. Сегодня армия еще может спасти себя, а через несколько месяцев сделать это будет трудно или вообще невозможно.

Если война продлится еще полгода, армия разложится до конца. Ее могло бы спасти одно — поддержка со стороны населения, но последнее едино в своей поддержке революции. Армия сама прекрасно знает, что произошло недавно в Сьерра—Маэстре. Более 200 офицеров, участвовавших в последнем сражении, не могут отрицать того факта, что они были наголову разгромлены повстанцами. Если армия не смогла подавить один очаг восстания, даже бросив против него все свои силы, то что же она сможет сделать, борясь против революции на двадцати фронтах? Массовое дезертирство солдат уже невозможно скрыть, 24 июля из роты в составе 80 человек в горы Сьерра—Маэстры дезертировал 31 солдат. Этого примера достаточно для характеристики положения, создавшегося в частях батистовской армии. Когда армия оказывается в подобном положении, необходимо срочно выявить причины, которые завели ее в тупик, и сделать соответствующие выводы, и чем скорее, тем лучше.

Я настроен весьма благожелательно к тем солдатам и офицерам, которые хотели бы с нами сотрудничать. Соглашения между революционерами и патриотами из среды военных могут не желать только те, кто заинтересован в сохранении создавшегося в стране ненормального положения.

Подобный выход из сложившейся ситуации является единственным спасением для тех военных, которые серьезно озабочены участью армии и родины. Молодые офицеры должны воспрепятствовать тому, чтобы готовящийся военный переворот превратился в маневр, специально спровоцированный тиранией для спасения прогнившей правящей верхушки. Мы не отступим ни на йоту от того, в чем заинтересован народ.